Я остаюсь дома. Один. Без дел. Без «надо».

Сначала не знаю, куда себя деть. Руки тянутся к телефону. К ноутбуку. К чему угодно, лишь бы что-то делать.

Я останавливаюсь. Сажусь на диван. Смотрю в окно.

Проходит десять минут. Двадцать. Я замечаю, как в комнате тихо. Как тикают часы. Как свет ложится на пол. Как дышит дом.

И вдруг приходит мысль: а ведь я не помню, когда последний раз был здесь. Не телом. Телом я здесь каждый вечер. А собой. Без задач. Без цели. Без роли.

Думаю: столько встреч было в жизни. С мамой. С папой. С учителями. С партнёрами. С друзьями. С ожиданиями. С чужими мнениями. С «надо». С «должен». С «а что подумают».

А вот с собой — впервые.

Я знаю, как меня зовут. Знаю, сколько мне лет. Знаю, где работаю.

Но где под всем этим я?

Под слоями. Под масками. Под «у меня всё хорошо».

Сижу. Не решаю Не планирую. Слушаю.

И замечаю: усталость, которая была всё это время, — это не усталость от дел. Это усталость от того, что я не жил. Играл. Держал лицо. Держал спину. Держался. А внутри — пусто. Или тяжело. Или никак.

Я не гоню это чувство. Не говорю себе «соберись». Просто сижу рядом с ним. Как с кем-то, кто долго ждал.

А потом замечаю: там, глубже — я. Настоящий. Живой. Не сломанный. Не пустой. Просто забытый. Просто спрятанный. Просто ждущий.

Закрываю глаза. Слушаю дыхание. Ничего не делаю. И в этом «ничего» вдруг столько всего, что я не сразу узнаю это чувство.

Это не радость. Не грусть. Что-то третье. Как будто я вернулся в комнату, которую давно не проветривал. Открыл окно. И впустил воздух.

Сижу. Не бегу. Не включаю телефон.

Пожалуй, это лучшее моё свидание.

Потому что на свидании с собой не надо быть кем-то. Можно просто — быть.